- Поди ж ты! – сказал Дорофеев. – Может, это и любовь!!!...
- Может… - согласился я.
- А насчёт постели она как – ничего? – поинтересовался Дорофеев.
- Ничего… - ответил я.
- Гриб грызла? – спросил Дорофеев.
- Грызла… - улыбнулся я.
- А в смысле хозяйства? Ну, там – посуда, стирка, пожрать приготовить? Умела? – спросил Дорофеев.
- Умела… - ответил я.
- А хоть симпатичная? – спросил Дорофеев. – Выйти в люди-то с ней не стыдно было?
- Не стыдно… - покачал головою я.
- И это ж надо… - вздохнул Дорофеев. – Значит, говоришь, променял её на зажигалку?
- Променял… - сокрушённо потупился я.
- А зажигалка-то хоть хорошая? – спросил Дорофеев. – Пьезовая, небось?
- Пьезовая… - ответил я и показал зажигалку.
- Ну, тогда ещё ничего! – улыбнулся Дорофеев. – Тогда даже и не жалко!
- Не жалко… - улыбнулся я в ответ.
- Еби меня в душу! – сказал Дорофеев. – И всё-таки это была любовь!... Как думаешь, Митя?
- Любовь… - согласился я и меланхолично прикурил от новой пьезовой зажигалки.